Новости твоего города

Иван Либерман: Многие люди тихо радуются тому, что радикализм существует

By

Июль 14, 2020 Новости 0 Comments

Почему на наших улицах бьют и унижают людей? Причем, делается это в последнее время открыто, без боязни, как будто бы с благословения блюстителей, которые, по своей миссии и призванию, должны уничтожать подобные явления нетерпимости в корне.

Есть точка зрения политиков (относительно которой можно дискутировать, безусловно, но она часто звучит), что нынешней власти, мол, выгодно, чтобы улицу контролировали радикалы, которые, в основном, будут пугать людей «чтобы не дать им возможности и перспектив выйти на протест против этой же власти».

Почему в последнее время в Украине распространяется радикализм? Почему общество становится все более озлобленным и невыносимым к другому мнению, позиции, взглядам или политическим предпочтениям?

Эксклюзивный комментарий относительно этой непростой темы доктора права, адвоката Ивана Либермана.

«Радикализм есть. И он есть в разных проявлениях на национальном, межнациональном, межконфессиональном и политическом уровнях. Он на всех этих уровнях есть, не говоря уже о каких-то аспектах социального содержания, как, например, сексуальная сфера и тому подобное.

Все подобные явления контролируются! У нас нет в стране никаких, даже малейших военных, полувоенных, полулегальных формирований, о которых бы не было бы известно спецслужбам и правоохранительным органам государства. Они все известны. Более того, многие из радикалов одновременно участвуют в различных акциях, различных реакциях и так далее. Это, порою, одни и те же персоны, которые могут входить как в определенные радикальные политические формирования, так и в разные интернет-группы, которые совершают те или иные нападения, разборки, приходят на так называемые «стрелки» и так далее. То есть, это – их заработок, как таковой.

Думаю, что подобные явления могут привести к мощному цунами, если этот радикализм не будут убирать те, кто его контролирует. А известно, кто контролирует большинство радикальных формирований и групп, нет смысла их фамилии называть. Поэтому, если же радикалов не взять в руки, то, разумеется, это может привести к силовому цунами, которое сметет, в том числе, и тех (на определенном уровне), кто их сейчас контролирует (ведь никто не терпит ни конкуренции, ни руководства)».

Почему социум, простые люди на это спокойно смотрят, как на экране телевизора созерцают? Здесь ответ адвоката был несколько неожиданным, но правдивым.

«На самом деле, многие люди тихо радуются тому, что радикализм существует. С одной стороны они видят, как с помощью радикалов кто-то кому-то мстит, устраивая разборки. Мстит местным чиновникам, состоятельным политикам и бизнесменам. Простой социум сегодня так же делится на определенные группы предпочтений. Для одних действительно недопустимо, что радикализм вообще есть. Другие – тихо радуются. Есть еще и третья группа людей, которые считают необходимым иметь у себя в телефоне контакты радикальных групп и, в случае какого-то происшествия – семейного, бытового, бизнес или профессионального конфликта, они знают куда позвонить. Позвонить для того, чтобы приехали представители той или иной политической силы или представители радикальной группировки, чтобы просто, как говорят, нагнать страху. Начиная с того, чтобы, например, показать свою силу перед женой или мужем, и заканчивая тем, что касается, например, бизнеса.

Причем, многие из таких радикальных группировок не всегда работают за деньги. Есть такие, которые зарабатывают себе имидж. Для них важно прийти на помощь по первому телефонному звонку любому, начиная от школьника, пенсионера и заканчивая политиками высокого уровня. Для того, чтобы их увидели в униформе, с нашивками, с рекламными бордами и тому подобное. Они, таким образом, добывают себе имя, а потом уже на этом имени некоторые из них пытаются из-за границы получать гранты, определенные денежные ресурсы, чтобы здесь развиваться. Между такими группировками сегодня существует очень мощная конкуренция. Некоторые еще год назад были фактически монополистами, а сегодня количество таких группировок увеличилось раз в тридцать. Что будет через год – можно только предположить».

«Я предполагаю, что это может серьезно ударить по имиджу государства, если и дальше с такой силой и многовекторностью будут распространяться и приумножаться радикальные группировки, которые иногда состоят из нескольких человек, а иногда – из нескольких сотен тысяч представителей», – подытожил Иван Либерман.


Читайте также

Нажмите «Нравится», чтобы читать Столичное время в Facebook

Я уже читаю Столичное Время в Facebook